Быть правнучкой Лю Шаоци | РАСПП

Обращаясь к истории китайско-российских отношений, сложно пройти мимо такой крупной фигуры как Лю Шаоци. Уникальность его личности находит свое продолжение в потомках, многие из которых носят русские имена и фамилии. Правнучка Лю Шаоци Маргарита Алексеевна Федотова, будучи первым вице-президентом Русско-Азиатского союза промышленников и предпринимателей, продолжает дело прадеда и вносит свой вклад в укрепление стабильных российско-китайских отношений. О своей жизни, некоторых событиях из жизни семьи и о том, каково быть правнучкой Лю Шаоци, Маргарита Федотова рассказала нашему корреспонденту

– Маргарита Алексеевна, насколько нам известно, Вы не сразу узнали историю Вашей семьи. Как и когда это произошло, что Вы почувствовали, когда узнали, кем был Ваш прадед?

– Я родилась в Москве и еще в детстве заметила, что несколько отличаюсь от своих сверстников. Невысокий рост, смуглая кожа выделяли меня на фоне друзей и одноклассников.

Шел 1993 год, заканчивался обычный летний день, вся семья была уже дома. В нашей квартире раздался телефонный звонок. Звонили из Пекина. После этого разговора мои родители были очень удивлены и взволнованы. Мы были детьми (у Маргариты есть старший брат, Алексей – прим. ред.) и не придали этому звонку какого-либо значения. Спустя несколько недель я впервые узнала, что у меня есть бабушка, зовут ее Айчин (Юньбин, Айчини Юньжо – дети Лю Шаоци – прим. ред.).

Бабушка навестила нас в Москве спустя месяц после звонка. Она остановилась в детской, где жили я и брат. Все то время, пока бабушка Айчин гостила у нас, я часто задавалась вопросом, почему моя бабушка китаянка, но никак не находила ответа. Потом я узнала, что и мой прадедушка был из Китая.

Удивительно, что бабушка Айчин разыскала нас спустя столько лет. Все связи были оборваны, контакты потеряны, но она нас нашла. Только в 11 лет я впервые узнала, что у моей семьи китайские корни.

– Как получилось, что Ваша семья обосновалась в России? Может быть, бабушка рассказывала о том времени?

– Во время «культурной революции», как рассказывала бабушка, старшие дети Лю Шаоци жили в чужих семьях, в разных городах, и не знали, где их родные и близкие. Им удалось воссоединиться только в Ивановском интердоме, куда их отправили на обучение. Там было безопасно, им давали хорошее образование, и они были под присмотром. Я знакома с выпускниками этого интердома. Когда они приезжают в Россию, разговаривают между собой только по-русски. Все мы родом из детства. Ивановский интердом сроднил этих людей.

По желанию Лю Шаоци его дочь Айчин в 18 лет вернулась в Китай. Она учила китайский с нуля. Многие выпускники Ивановского интердома столкнулись с такой же проблемой. Иногда они шутят, что китайский для них «иностранный язык».

Дедушка Юньбин после окончания Ивановского интердома поступил на физический факультет МГУ. Примерно в это же время он познакомился со своей будущей женой, моей русской бабушкой Марой (Маргаритой Семеновной Федотовой). Брак был счастливым и подарил им двоих детей. Старшую дочку назвали Соней, а младшего сына, моего папу – Алексеем. К слову, о том, что Россия и Китай очень мало знают друг о друге. Фамилия папы и его сестры Юньбин. В паспортном столе имя дедушки расценили как фамилию.

Некоторое время они жили в Москве, затем планировали вернуться на родину. Дедушка Юньбин был патриотом и чувствовал, что нужен своей стране. Он имел уникальные знания, которые могли бы послужить на благо Нового Китая. В 1957 году он вернулся в Китай. Планировалось, что Мара с детьми, Алексеем и Соней, приедут спустя несколько месяцев, когда Алексей обустроит быт для семьи.

Пока шла подготовка к переезду, дедушка Юньбин и бабушка Мара вели переписку, стараясь сократить расстояние, разделявшее их. Через эти трогательные письма на русском языке, написанные красивым почерком, я познакомилась со своим дедушкой, с его жизненными принципами, взглядами, тревогами и волнениями.

Бабушка навещала дедушку несколько раз, но в те приезды уже чувствовалось, что в Китае становится неспокойно, грядут какие-то волнения. Когда началась «культурная революция», под репрессии попала вся семья Лю Шаоци. Бабушка Мара смогла спасти моего папу и его сестру, она поменяла фамилию детей на свою девичью, и они стали Федотовы. 

– Есть какие-то рассказы о Лю Шаоци, которые запомнились Вам больше всего?

– Мне не удалось застать прадедушку, и всю информацию о нем я черпаю из воспоминаний близких или из книг. С каждым годом людей, которые знали его лично и помнят, становится все меньше, не так давно не стало моей бабушки Мары. Многим поделилась бабушка Айчин. Об этом не пишут в учебниках истории. Прадедушка Шаоци был очень высоким, под метр восемьдесят, курил. Несмотря на то, что был очень серьезен, обладал хорошим чувством юмора и по-особенному, очень заразительно смеялся.

В начале августа Москву посетили сотрудники музея имени моего прадедушки. Готовя вместе с ними выставку «Лю Шаоци – человек, сблизивший Россию и Китай» в Государственном Музее Востока, мы погрузились в архивы, принадлежавшие Советскому Союзу. Многих материалов, представленных в хранилищах, нет больше нигде. К примеру, в СССР был собран психологический портрет прадедушки Шаоци. Собирать по крупинкам информацию о нем, оживлять образ этого великого человека невероятно интересно.

– Часто ли вы встречаетесь с родственниками из Китая?

– Мы видимся с родными практически каждую мою поездку в Пекин. Я всегда стараюсь выкроить время для наших встреч с бабушкой, дядей. Собравшись вместе, мы говорим чаще всего по-русски, пьем чай, делимся последними новостями. Электронные средства связи никогда не заменят живого общения.

Конечно, невозможно пропустить такие значимые события в жизни моих племянников, братьев и сестер как свадьбы, дни рождения. Семья большая, и поводов увидеться всегда очень много.

У нас есть добрая традиция. Раз в год, в день рождения прадедушки Шаоци, вся семья Лю приезжает в Хуминлоу, на его родину, где сегодня открыт мемориальный музей, считающийся объектом «красного туризма». Уверена, что через много-много лет мы, как и прежде, соберемся все вместе. 

– Как для Вашей семьи прошел праздник 9 Мая?

– В этом году Россия отмечала 70-летие Победы в Великой Отечественной войне. Нас пригласили участвовать в грандиозной по масштабам акции – шествии «Бессмертного полка». Из Пекина приехали наши знакомые и близкие. Каждый из нас шел, гордо держа над головой фотографию своего родного человека. Я несла фотографию дедушки Юньбина, бабушка Айчин – фото Лю Шаоци. Дочка Мао Цзэдуна Ли Минь не смогла приехать, ей запретили врачи, поэтому портрет ее отца нес Ли Доли (одноклассник и друг Ли Минь, бывший воспитанник Ивановского интердома, – прим. ред.). Фото Чжу Дэ несла его внучка. Пресса узнала еще до начала шествия, что для участия в «Бессмертном полку» в Россию прибыла китайская делегация.

Со стороны окружающих мы чувствовали искренний и дружественный встречный порыв. Вокруг пели «Москва – Пекин», «Подмосковные вечера» на русском и китайском языках. К нам присоединялись незнакомые люди, которые вмиг становились родными, ведь нас объединяла общие скорбь по ушедшим и гордость за их подвиг.

Миновав Красную площадь, мы двинулись к трибунам. Люди на трибунах встали. В этот день бабушка Айчин надела свои медали, дети преподносили ей цветы, сладости. Трибуны, запевая «Москва-Пекин», аплодировали бабушке. Это было незабываемо. Может быть акция «Бессмертный полк» пройдет и в Пекине 3 сентября, в рамках парада в честь 70-летия Победы над японскими милитаристами. Для меня большая честь быть почетным гостем на этом параде.

– Можете ли Вы сказать, что продолжаете дело прадеда по сближению России и Китая?

– Быть правнучкой такого человека непросто. Это большая ответственность. Окончив Тинаньский университет и вернувшись в Россию, я искала свое призвание, смотрела, где мои знания и навыки могут быть максимально полезны. Объездив множество городов и провинций Китая, я поняла, что в Китае испытывают жесточайший дефицит актуальной информации о России, то же касается и Российской Федерации. Это не связано с каким-либо занавесом, фаерволом, нет. Мы стремимся к одному, наши цели едины, но мы пока не можем в полной мере донести это друг до друга.
Сегодня вместе с единомышленниками из Русско-Азиатского союза промышленников и предпринимателей (РАСПП) мы прилагаем все усилия для укрепления не только экономического сотрудничества между нашими странами, но и налаживания культурных связей. Нельзя вести успешно дела, если не знаешь своего бизнес-партнера, если ему не доверяешь или невнимательно к нему отно сишься. Поверхно стный подход к созданию партнерских отношений с Китаем обречен на провал, это будет разовая сделка. Помочь сторонам научиться работать друг с другом – одна из задач нашего союза, где в настоящий момент я курирую направление «Китай» и являюсь первым вице-президентом. Членам РАСПП мы оказываем поддержку в поиске и привлечении инвесторов, производителей и партнеров. Помогаем в позиционирование продуктов и услуг на новых рынках. Организуем переговоры между потенциальными партнерами. Проводим двусторонние деловые визиты представителей госорганов, бизнеса и инвесторов из Китая и России в субъекты РФ и в провинции КНР, соответственно. Содействуем членам РАСПП в гармонизации юридических отношений с новыми китайскими или российскими организациями-партнерами.

В какой-то степени я, как и мой дедушка Юньбин, чувствую свою ответственность не только перед страной, в которой выросла, но и той, где живет большая часть моей семьи. По-этому могу сказать, что в качестве жизненной цели я хочу продолжить дело прадедушки Шаоци по укреплению российско-китайских отношений. Это работа, которую нужно делать ежедневно.

Корреспондент журнала "КИТАЙ" - Станченко Лидия