850 слов. Русский минимум для мигранта

Министерство образования и науки РФ конкретизировало требования к базовому знанию русского языка для трудовых мигрантов, определив этот лингвистический минимум в 850 слов. Согласно этой установке предполагается, что «иностранные трудящиеся должны уметь читать текст «с установкой на общий охват его содержания и определять его тему; понимать на слух основную информацию из диалогов социально-бытового характера, уметь самостоятельно создавать связные, логичные высказывания и т.д.»

Сообщается также, что «тестирование трудовых мигрантов будет проходить на базе вузов, которым предстоит обеспечивать учёт трудящихся мигрантов, прошедших тестирование, в электронной базе данных, а также предоставлять информацию в ФМС России».

Представляется, что Минобрнауки могло бы также взять на себя труд указать, какие именно слова желательно знать таджикскому, киргизскому или вьетнамскому работнику для того, чтобы его несовершенный русский был признан «базовым». Видимо, необходима вполне конкретная таблица слов – причём не только имён существительных, но также прилагательных, глаголов, числительных и местоимений, которые данный работник мог бы связать в определённую систему звуков и букв. В противном случае, он с трудом выучит только такие русские слова как «Да», «Нет», «Катюша», «Подмосковные вечера», «Балалайка», «Деньги», «Ленин», «Дай», «На», «Полиция», «Кушать», «Пить» и ряд других общих мест, которые ему никак не помогут в овладении предметом.

В этом смысле важно не просто механически учить мигрантов в аккредитованных вузах Москвы и России, а применять новые методики – примерно, в том стиле, как это решают авторы проекта «Полиглот» на телеканале «Культура», с самого начала «натаскивая» слушателя на связную речь, а не на отрывистые и малопонятные звуки.

Также, ради социального интереса, было бы интересно проверить – а сколько слов знает сам среднестатистический гражданин Российской Федерации? Новая Россия, по сравнению с СССР, уже давно перестала быть самой читающей страной в мире, и значительная часть населения могла уподобиться известной героине Ильфа и Петрова Эллочке Щукиной, из романа «12 Стульев». Все эти нелепые, шаблонные «Жесть», «Офигеть», «То что», «На самом деле», слово «Да», вставляемое к месту и не к месту – тревожный показатель того, что и самих россиян неплохо было бы, между делом, провести через аналогичный тренинг. Чтобы они на полном основании могли требовать этого от своих бывших соотечественников.

В противном случае, может получиться так, что трудовые мигранты из Киргизии или Таджикистана, после прохождения курсов Минобрнауки и ФМС, станут намного более русскими, чем коренное население России.

Григорий Трофимчук,

Департамент политического консалтинга РАСПП