Проект Экономического пояса Шёлкового пути, который отныне прочно увязан с проектом ЕАЭС, создал уникальную геополитическую ситуацию, которая окажет прямое влияние на развитие макроэкономики. В первую очередь совместный проект, который был «состыкован» президентом Владимиром Путиным и председателем Си Цзиньпином, будет способствовать экономическому развитию целого ряда государств, находящихся в Центральной Азии...
Проект Экономического пояса Шёлкового пути, который отныне прочно увязан с проектом ЕАЭС, создал уникальную геополитическую ситуацию, которая окажет прямое влияние на развитие макроэкономики. В первую очередь совместный проект, который был «состыкован» президентом Владимиром Путиным и председателем Си Цзиньпином, будет способствовать экономическому развитию целого ряда государств, находящихся в Центральной Азии, которая автоматически, с учётом таких могучих «балансиров» как Россия и Китай, становится одной большой Центральной Евразией.
Ядром Центральной Азии, по мнению ряда аналитиков, становятся пять стран собственно Центральной Азии, Западный Китай и южно-уральские регионы России. Эта территория, таким образом, превращается в наиболее удобный и перспективный объект для инвестиций, новых транспортных коммуникаций, инфраструктурного подъёма в целом.
Помимо огромного гидротехнического потенциала, с учётом природных ресурсов Киргизии и Таджикистана, регион обладает собственным колоссальным запасом земель, полностью пригодных для сельскохозяйственной обработки и выращивания продуктов питания. Тем самым, проект ЭПШП-ЕАЭС получает полный комплекс продовольственной безопасности, который сосредоточен в «сердце» Центральной Азии и максимально защищён от любых рисков.
Данный регион долгий период времени находился как бы на периферии мировых экономических процессов, однако теперь он становится новой точкой мирового развития, где сходятся политические, хозяйственные и транспортные пути Европы, Восточной и Южной Азии.
Дополнительным фундаментом для создания этого гигантского мирового хаба становится практически полное отсутствие территориальных претензий государств региона друг к другу, что уникально для текущей геополитической ситуации. Россия в такой перспективе вновь становится одной из ключевых держав мира, ориентируясь в приоритете на Восток и на Юг, при этом не разрывая связи с Европой, проблемы во взаимоотношениях с которой являются временными, конъюнктурными.
Чуть ли не самым важным элементом Центральной Евразии становится активное включение в общую деятельность, не направленную против кого-либо, превалирующего числа российских регионов, прежде всего расположенных в Сибири и на Дальнем Востоке, плюс регионов Восточной Китая, таких как СУАР и др. Не надо быть пророком, чтобы понять, что такой уровень межрегионального, инвестиционного и финансово-хозяйственного сотрудничества позволит покрыть, например, всю восточную часть Российской Федерации новыми аэропортами, портами и другими инфраструктурными объектами, которые окажут стратегическое влияние на развитие российской «глубинки», над чем уже столько лет «бьётся» российское правительство.
Финансовая основа этих проектов будет обеспечена системой новых банковских институтов, которые активно выстраиваются в последнее время Китаем, во многих случаях с участием России. Это позволит дополнительно, почти до нуля, снизить все экономические риски при создании Центральной Евразии. Каждая из стран-участниц при этом ни под кого не «нагибается», как иногда принято думать, а получает максимально возможную выгоду.
От состыковки – к соразвитию, так можно выразить в двух словах масштабные процессы по строительству новой евро-азиатской инфраструктуры, от Тихого океана до Балтийского моря.
Виталий Монкевич,
президент РАСПП
